статьи наших авторов 

Арье Ольман. Еврейские грязнокровки

Книга Эзры глава 2. Текст главы.

Урок. “Еврейские грязнокровки»
Автор: Арье Ольман. 

Автор выражает благодарность М.Григеру за материалы.

“Эти (священники) искали запись свою о происхождении, по она не была найдена, и были отлучены они от священства. И сказал им Тиршата [персидское имя Нехемьи], чтобы не ели они от святого святых, пока не появится священник с Урим и Туммим” (Эзра, 2:62-63 = Нехемья, 7:64-65).
Постановление Тиршаты основано на Торе, на книге Ваикра:
“И никакой посторонний не должен есть святыни [жертвы в статусе “святые”]; жилец священника и наемник не должен есть святыни. Если же священник приобретет себе человека покупкою за серебро свое, то он может есть их; также и домочадцы его [священника] могут есть из еды его. А если дочь священника выйдет замуж за постороннего, то она не должна есть из святого возношения. Но если дочь священника станет вдовой или разведенной, и детей нет у нее, и возвратится она в дом отца своего, как в юности своей, то она может есть еду отца своего. Никакому же постороннему нельзя есть её” (Ваикра, 22:10-13).

Мы знаем из Мишны и Талмуда, что священники чрезвычайно строго блюли чистоту своей родословной. Это касалось не только того, кто может есть храмовые жертвы и возношение, собираемое на полях евреев. Генеалогические разыскания были важны и для заключения браков. Тора говорит и об этом:
“Жену блудницу и неправильную (халала) нельзя им [священникам] брать, и жену, разведённую с мужем своим, нельзя им брать, так как свят он (священник) Б-гу своему… А [первосвященник] жену-девицу брать должен. Вдову или разведённую, или неправильную, и блудницу нельзя ему брать; а лишь девицу из народа своего должен он брать в жены” (Ваикра, 21:7,13-14)

Кто такая “неправильная” жена (халала)? Согласно Мишне, это женщина, произошедшая из рода священника, женившегося на запрещённой ему и запятнавшего этим свою семью. Всем его дочерям и внучкам нельзя выходить замуж за священников.

Иосиф Флавий, пересказывая этот закон, формулирует его ещё строже:
“Священникам запрещено жениться на публичной женщине, на рабыне, на военнопленной, на продавщицах или служанках в гостиницах” (Иудейские древности, III, 1:12).

А военнопленная — это откуда? Где в Торе такой закон? И применялся ли он? Да, об этом тот же Флавий говорит:
“Они не только с самого начала приставили к этому делу лучших и всецело преданных служению Богу людей, но и позаботились о чистоте и несмешанности священнического рода. Всякому причастному к священству должно производить потомство от женщины из своего рода и не взирать ни на ее богатство, ни на какие другие преимущества, но со всей тщательностью исследовать ее родословную, с тем чтобы установить преемственность по архивным записям и на основании многочисленных доказательств убедиться в ее непрерывности. И так поступаем мы не только в самой Иудее, но повсюду, где только существуют у нашего народа колонии, везде в точности исполняются для священников правила о браках, — я имею в виду живущих в Египте, Вавилоне или в каких-то других местах, где проживают представители священнического рода, рассеянные по различным частям ойкумены. Они составляют и отсылают в Иерусалим списки родственников и их предков со стороны отца, а также тех, кто это засвидетельствовал. Если же бывает война, как это уже случалось не раз — при вторжении в страну Антиоха Епифана, Помпея Магна и Квинтилия Вара, и в особенности уже в наше время, — то оставшиеся в живых священники заново составляют списки на основании древних архивных записей и удостоверяют по ним уцелевших женщин. Ибо с теми из них, которые побывали в плену, они уже не сочетаются браком, предполагая зачастую случающееся у них смешение с иноплеменниками” (Против Апиона 1:7).

Запрещение священнику жить в браке с женщиной, побывавшей в плену — так как она, возможно, была изнасилована неевреем — не зафиксировано в Танахе, но является общим местом для талмудической литературы. Например: “Город, захваченный после осады — все жёны и дочери коѓенов, бывшие в нём, запрещены коѓенам, если нет свидетелей о том, что они не были изнасилованы” (Мишна, тр. Ктубот, 2:9). Именно такая женщина называется в Талмуде “блудница” (зона). Это требование было настолько важным, что евреи подняли бунт против царя-первосвященника Александра Янная из рода Хасмонеев, утверждая, что его мать была военнопленной и что он поэтому не может быть первосвященником (Иудейские древности, XIII, 13:5; Талмуд, тр. Кидушин, с. 66а).

Поскольку священники строго выбирали семьи, из которых можно брать жену, сформировалась группа родов, “выдающих замуж за коѓенов” (משיאין לכהונה). Во времена Второго Храма желание жениться на “девушке из хорошего рода” распространилось и среди не-священников. Тот же Флавий описывает это обыкновение так: “Всякий, кто достигнет брачного возраста, пусть берет себе в жены свободнорожденную девушку из хорошего дома… Свободнорожденным не следует вступать в брак с рабынями, даже хотя бы к тому побуждала их сильная страсть, так как сдерживать свои порывы служит лучшим украшением человека и весьма способствует сохранению им своего [человеческого] достоинства… Кроме того, лишь у детей, происшедших не от позорных браков или от таких, которые были заключены не по свободному выбору, развивается благородный и свободный склад ума, который склонен к добродетели” (Иудейские древности, IV, 8:23)

Хороший дом, о котором говорит Флавий, должен быть “хорошим”, по мнению Мишны, на протяжении восьми или девяти поколений (Мишна, тр. Кидушин, 4:4). Так говорит и Талмуд: «Гер до десяти поколений – не ругай арамейцев в его присутствии» (тр. Санѓедрин, 94а). Происхождение чувствовалось, помнилось и припоминалось до 10 поколений!

Можно было расследовать и не до десятого колена, а до поколения достоверного свидетельства (Мишна, тр. Кидушин, 4:5). Например, если известно, что чей-то прадед служил в Храме как священник или как левит, пра-прадеда проверять уже не нужно.

А особо ревностные относили к “сомнительным” даже вдову “сомнительного” при отсутствии ясной родословной у этой вдовы. Видимо, логика была такова: если человек происходит из “неправильного” рода, он наверняка женился на женщине из “неправильного” рода, так как женщины из “правильного” рода в дефиците, их разбирают “правильные” люди, да и сама “правильная” женщина за “неправильного” не пойдёт (Тосефта, тр. Кидушин, 8:1).

Десять каст

Вообще говоря, священников (коѓенов) правильно будет называть не ритуальной, а брачной кастой. И таких каст было десять или даже одиннадцать:
“Десять брачных каст пришли из Вавилонского пленения в страну Израиля: коѓены, левиты, исраэлиты, халалы, геры, вольноотпущенники, мамзеры, подданные, ублюдки и найденыши. Могут вступать в брак друг с другом: коѓены, левиты и исраэлиты; левиты, исраэлиты, халалы, геры и вольноотпущенники; геры, вольноотпущенники, мамзеры, подданные, ублюдки и найденыши” (Мишна, тр. Кидушин, 4:1). “Рабби Элиэзер говорит: ублюдки, найденыши и самаритяне — их статус сомнителен, поэтому им нельзя вступать в брак ни в своей касте, ни между этими кастами” (Мишна, тр. Кидушин, 4:3).

Кто такие “подданные” (нетиним)? Это кнаанеи, оставшиеся жить в стране Израиля со времени завоевания и ставшие “рабами казны” или “рабами Храма” (Йеѓошуа, глава 9; Эзра, 2:55, 8:20). Имена нетиним с указанием этого статуса встречаются даже в надписях II в.н.э. Как мы видим, их брачный статус был таков же, как у мамзера или ублюдка.

А кто такой мамзер?

Корень этого слова — м-з-р — тот же, что у слова “музар” в талмудическом сочетании “бейца музара”, то есть тухлое яйцо. Мамзер — человек с протухшей родословной.
То, что быть мамзером — очень плохо, евреи знали на протяжении поколений. Но какой брачный союз порождает мамзера? Как ни странно, мудрецы Мишны спорили об этом. По мнению рабби Акивы, это любой запрещённый Торой союз (Мишна, тр. Йевамот, 7:5). А ещё это повторный брак. А ещё это союз мужчины с близкой родственницей его разведённой жены. Более того — это ещё и союз мужчины с родственницей женщины, с которой он совершил обряд “халица”, отказ от левиратного брака! (Мишна, тр. Йевамот, 4:12-13). Такие суровые взгляды рабби Акивы натолкнулись на отповедь других мудрецов: “Давайте возопим против Акивы, ибо он множит мамзеров во Израиле” (Талмуд, тр. Кидушин, 66а). Другие предлагали более узкие списки, и в конце концов возобладало мнение: мамзер рождается от союза, запрещённого Торой под угрозой самого серьёзного наказания — “карет”, истребление души. На практике это в основном дети, рождённые в браке от любовников. Но поскольку вступление в брак для мамзера очень проблематично, в современном еврейском мире мамзером никого не записывают, даже если женщина открыто утверждает: “Этот ребёнок — не от моего мужа” и муж с этим соглашается: почему мы должны верить вашим словам, тем самым навсегда портя твоему ребёнку жизнь? (Мишна, тр. Кидушин, 4:8)

Кастовая дефиниция как инструмент власти

Уже в Мишне проводится дифференциация каст по “качеству” — какому человеку отдавать предпочтение при спасении, при распределении цдаки и в других подобных случаях. Последовательность “качества” каст такова: коѓен — левит — исраэлит — исраэлит мамзер — подданный — гер — вольноотпущенник — все остальные (Мишна, тр. Ѓорайот, 3:8). Однако если человек — мудрец Торы, ему автоматически присваивается “высшее качество”: “Мудрец, даже мамзер, предпочтительнее первосвященника-невежды” (там же).

Такое обсессивное, прямо скажем, внимание к чистоте родословной в отношении прав на священство, прав на брак и вообще права на жизнь не могло не повлечь злоупотреблений. В трактате Йевамот Вавилонского Талмуда несколько раввинов перечисляют города Вавилонии, в которых все (вот прямо-таки все) еврейские жители имеют ущербную родословную, причём в каждом городе — по отдельному признаку. Список этот так велик, что покрывает почти все еврейские поселения Месопотамии, то есть обвинения были двусторонними. А в стране Израиля была в ходу поговорка: “указывающий на дефект чужой родословной — сам его имеет” (כל הפוסל במומו פוסל) (Талмуд, тр. Кидушин, с. 71а).

 

К проекту 929 на русском.